The Lord St. Simon marriage, and its curious termination, have long ceased to be a subject of interest in those exalted circles in which the unfortunate bridegroom moves.

Женитьба лорда Сент-Саймона, закончившаяся таким удивительным образом, давно перестала занимать те круги великосветского общества, где вращается злополучный жених.

Fresh scandals have eclipsed it, and their more piquant details have drawn the gossips away from this four-year-old drama.

Новые скандальные истории своими более пикантными подробностями затмили эту драму и отвлекли от нее внимание салонных болтунов, тем более что с тех пор прошло уже четыре года.

As I have reason to believe, however, that the full facts have never been revealed to the general public, and as my friend Sherlock Holmes had a considerable share in clearing the matter up, I feel that no memoir of him would be complete without some little sketch of this remarkable episode.

Но так как я имею основание думать, что многие факты так и не дошли до широкой публики, и так как это дело прояснилось главным образом благодаря моему другу Шерлоку Холмсу, я считаю, что мои воспоминания о нем были бы неполны без краткого очерка об этом любопытном эпизоде.

It was a few weeks before my own marriage, during the days when I was still sharing rooms with Holmes in Baker Street, that he came home from an afternoon stroll to find a letter on the table waiting for him.

Как-то днём, за несколько недель до моей собственной свадьбы, когда я ещё жил вместе с Холмсом на Бейкер-стрит, на его имя пришло письмо.

I had remained indoors all day, for the weather had taken a sudden turn to rain, with high autumnal winds, and the jezail bullet which I had brought back in one of my limbs as a relic of my Afghan campaign throbbed with dull persistence.

Холмса не было дома, он где-то бродил после обеда, я же весь день сидел в комнате, потому что погода внезапно испортилась, поднялся сильный осенний ветер, пошёл дождь, и застрявшая в ноге пуля, которую я привёз с собой на память об афганском походе, напоминала о себе тупой непрерывной болью.

With my body in one easy-chair and my legs upon another, I had surrounded myself with a cloud of newspapers until at last, saturated with the news of the day, I tossed them all aside and lay listless, watching the huge crest and monogram upon the envelope upon the table and wondering lazily who my friend’s noble correspondent could be.

Удобно усевшись в одном кресле и положив ноги на другое, я занялся чтением газет, но потом, пресыщенный злободневными новостями, отшвырнул весь этот бумажный ворох в сторону и от нечего делать стал разглядывать лежавшее на столе письмо. Огромный герб и монограмма красовались на конверте, и я лениво размышлял о том, какая же это важная особа состоит в переписке с моим другом.

“Here is a very fashionable epistle,” I remarked as he entered. “

—Вас ждёт великосветское послание, — сообщил я Холмсу, когда он вошёл в комнату. —

“Your morning letters, if I remember right, were from a fish-monger and a tide-waiter.”

А с утренней почтой вы, если не ошибаюсь, получили письма от торговца рыбой и таможенного чиновника?

“Yes, my correspondence has certainly the charm of variety,” he answered, smiling, “and the humbler are usually the more interesting.

—Вся прелесть моей корреспонденции именно в ее разнообразии, — ответил он улыбаясь, — и в большинстве случаев, чем скромнее автор письма, тем интереснее письмо.

This looks like one of those unwelcome social summonses which call upon a man either to be bored or to lie.”

А вот это, мне кажется, одно из тех несносных официальных приглашений, которые либо нагоняют на вас скуку, либо заставляют прибегнуть ко лжи.

He broke the seal and glanced over the contents.

Он сломал печать и быстро пробежал письмо.

“Oh, come, it may prove to be something of interest, after all.”

—Э, нет! Тут, пожалуй, может оказаться кое-что интересное.

“Not social, then?”

—Значит, это не приглашение?

“No, distinctly professional.”

—Нет, письмо сугубо деловое.

“And from a noble client?”

—И от знатного клиента?

“One of the highest in England.”

—От одного из самых знатных в Англии.

“My dear fellow, I congratulate you.”

—Поздравляю вас, милый друг.

“I assure you, Watson, without affectation, that the status of my client is a matter of less moment to me than the interest of his case.

—Даю вам слово, Уотсон, — и поверьте, я не рисуюсь, — что общественное положение моего клиента значит для меня гораздо меньше, чем его дело.

It is just possible, however, that that also may not be wanting in this new investigation.

Однако этот случай может оказаться любопытным.

You have been reading the papers diligently of late, have you not?”

Вы, кажется, довольно усердно читали газеты в последнее время?

“It looks like it,” said I ruefully, pointing to a huge bundle in the corner. “

—Как видите! — ответил я уныло, показывая на груду газет в углу. —

“I have had nothing else to do.”

Больше мне ничего было делать.

“It is fortunate, for you will perhaps be able to post me up.

—Это очень кстати. В таком случае вы сможете информировать меня.

I read nothing except the criminal news and the agony column.

Я ведь ничего не читаю, кроме уголовной хроники и объявлений о розыске пропавших родственников.

The latter is always instructive.

Там бывают поучительные вещи.

But if you have followed recent events so closely you must have read about Lord St.

Ну, а если вы следили за происшествиями, то, вероятно, читали о лорде Сент-Саймоне и его свадьбе?

Simon and his wedding?”

—О да!

“Oh, yes, with the deepest interest.”

С большим интересом.

“That is well.

—Отлично.

The letter which I hold in my hand is from Lord St. Simon.

Так вот, в руке у меня письмо от лорда Сент-Саймона.

I will read it to you, and in return you must turn over these papers and let me have whatever bears upon the matter.

Сейчас я прочитаю его вам, а вы за это время ещё раз просмотрите газеты и расскажете все, что имеет отношение к этой истории.

This is what he says:

Вот что он пишет:

“‘MY DEAR MR.

«Уважаемый мистер Шерлок Холмс!

SHERLOCK HOLMES,—Lord Backwater tells me that I may place implicit reliance upon your judgment and discretion.

Лорд Бэкуотер сказал мне, что я вполне могу довериться Вашему чутью и Вашему умению хранить тайну.

I have determined, therefore, to call upon you and to consult you in reference to the very painful event which has occurred in connection with my wedding.

Поэтому я решил обратиться к Вам за советом по поводу прискорбного события, которое произошло в связи с моей свадьбой.

Mr. Lestrade, of Scotland Yard, is acting already in the matter, but he assures me that he sees no objection to your co-operation, and that he even thinks that it might be of some assistance.

Мистер Лестрейд из Скотланд-Ярда уже ведёт расследование по этому делу, но он ничего не имеет против Вашего сотрудничества, и даже считает, что оно может оказаться полезным.

I will call at four o’clock in the afternoon, and, should you have any other engagement at that time, I hope that you will postpone it, as this matter is of paramount importance.

Я буду у Вас сегодня в четыре часа дня и надеюсь, что ввиду первостепенной важности моего дела Вы отложите все другие встречи, если они назначены Вами на это время.

Yours faithfully, “‘ROBERT ST. SIMON.’

Уважающий вас Роберт Сент-Саймон».

“It is dated from Grosvenor Mansions, written with a quill pen, and the noble lord has had the misfortune to get a smear of ink upon the outer side of his right little finger,” remarked Holmes as he folded up the epistle.

—Письмо отправлено из особняка в Гровнере и написано гусиным пером, причём благородный лорд имел несчастье испачкать чернилами тыльную сторону правого мизинца, — сказал Холмс, складывая послание.

“He says four o’clock.

—Он пишет, что приедет в четыре часа.

It is three now.

Сейчас три.

He will be here in an hour.”

Через час он будет здесь.

“Then I have just time, with your assistance, to get clear upon the subject.

—Значит, я как раз успею с вашей помощью выяснить кое-какие обстоятельства.

Turn over those papers and arrange the extracts in their order of time, while I take a glance as to who our client is.”

Просмотрите газеты и подберите заметки в хронологическом порядке, а я, покамест, взгляну, что представляет собой наш клиент.

He picked a red-covered volume from a line of books of reference beside the mantelpiece. “

Он взял с полки толстую книгу в красном переплете, стоявшую в ряду с другими справочниками.

“Here he is,” said he, sitting down and flattening it out upon his knee. “‘

—Вот он! — сказал Холмс, усевшись в кресло и раскрыв книгу у себя на коленях. — «

“‘Lord Robert Walsingham de Vere St. Simon, second son of the Duke of Balmoral.’

«Роберт Уолсингэм де Вир Сент-Саймон, второй сын герцога Балморалского».

Hum! ‘

Гм!.. «

‘Arms: Azure, three caltrops in chief over a fess sable.

«Герб: голубое поле, три звёздочки чертополоха над полоской собольего меха.

Born in 1846.’

Родился в 1846».

He’s forty-one years of age, which is mature for marriage.

Значит, ему сорок один год — достаточно зрелый возраст для женитьбы.

Was Under-Secretary for the colonies in a late administration.

Был товарищем министра колоний в прежнем составе Кабинета.

The Duke, his father, was at one time Secretary for Foreign Affairs.

Герцог, его отец, был одно время министром иностранных дел.

They inherit Plantagenet blood by direct descent, and Tudor on the distaff side.

Потомки Плантагенетов по мужской линии и Тюдоров — по женской.

Ha!

Так...

Well, there is nothing very instructive in all this.

Все это ничего нам не даёт.

I think that I must turn to you Watson, for something more solid.”

Надеюсь, что вы, Уотсон, приготовили что-нибудь более существенное?

“I have very little difficulty in finding what I want,” said I, “for the facts are quite recent, and the matter struck me as remarkable.

—Мне было совсем нетрудно найти нужный материал, — сказал я. — Ведь события эти произошли совсем недавно и сразу привлекли моё внимание.

I feared to refer them to you, however, as I knew that you had an inquiry on hand and that you disliked the intrusion of other matters.”

Я только потому не рассказывал вам о них, что вы были заняты каким-то расследованием, а мне известно, как вы не любите, когда вас отвлекают.

“Oh, you mean the little problem of the Grosvenor Square furniture van.

—А, вы имеете в виду ту пустячную историю с фургоном для перевозки мебели по Гровнер-сквер?

That is quite cleared up now—though, indeed, it was obvious from the first. Pray give me the results of your newspaper selections.”

Она уже совершенно выяснена, да, впрочем, там все было ясно с самого начала.

“Here is the first notice which I can find.

Ну, расскажите же, что вы там откопали. — Вот первая заметка.

It is in the personal column of the Morning Post , and dates, as you see, some weeks back: ‘A marriage has been arranged,’ it says, ‘and will, if rumour is correct, very shortly take place, between Lord Robert St. Simon, second son of the Duke of Balmoral, and Miss Hatty Doran, the only daughter of Aloysius Doran. Esq., of San Francisco, Cal.,

Она помещена несколько недель назад в «Морнинг пост», в разделе «Хроника светской жизни»: «Состоялась помолвка, и, если верить слухам, в скором времени состоится бракосочетание лорда Роберта Сент-Саймона, второго сына герцога Балморалского, и мисс Хетти Доран, единственной дочери эсквайра Алоизиеса Дорана, из Сан-Франциско, Калифорния, США».

U.S.A.’ That is all.” “Terse and to the point,” remarked Holmes, stretching his long, thin legs towards the fire.

—Коротко и ясно, — заметил Холмс, протягивая поближе к огню свои длинные, тонкие ноги.

“There was a paragraph amplifying this in one of the society papers of the same week.

—На той же самой неделе в какой-то газете, в светской хронике, был столбец, в котором более подробно говорилось об этой происшествии.

Ah, here it is: ‘There will soon be a call for protection in the marriage market, for the present free-trade principle appears to tell heavily against our home product.

Ага, вот он: «В скором времени понадобится издание закона об охране нашего брачного рынка, ибо принцип свободной торговли, господствующий ныне, весьма вредно отражается на нашей отечественной продукции.

One by one the management of the noble houses of Great Britain is passing into the hands of our fair cousins from across the Atlantic.

Власть над отпрысками благороднейших фамилий Великобритании постепенно переходит в ручки наших прелестных заатлантических кузин.

An important addition has been made during the last week to the list of the prizes which have been borne away by these charming invaders.

Список трофеев, захваченных очаровательными завоевательницами, пополнился на прошлой неделе весьма ценным приобретением.

Lord St. Simon, who has shown himself for over twenty years proof against the little god’s arrows, has now definitely announced his approaching marriage with Miss Hatty Doran, the fascinating daughter of a California millionaire.

Лорд Сент-Саймон, который в течение двадцати с лишним лет был неуязвим для стрел Амура, недавно объявил о своём намерении вступить в брак с мисс Хетти Доран, пленительной дочерью калифорнийского миллионера.

Miss Doran, whose graceful figure and striking face attracted much attention at the Westbury House festivities, is an only child, and it is currently reported that her dowry will run to considerably over the six figures, with expectancies for the future.

Мисс Доран, чья грациозная фигура и прелестное лицо произвели фурор на всех празднествах в Вестбери-Хаус, является единственной дочерью, и, по слухам, ее приданое приближается к миллиону, не говоря уже о видах на будущее.

As it is an open secret that the Duke of Balmoral has been compelled to sell his pictures within the last few years, and as Lord St. Simon has no property of his own save the small estate of Birchmoor, it is obvious that the Californian heiress is not the only gainer by an alliance which will enable her to make the easy and common transition from a Republican lady to a British peeress.’”

Так как ни для кого не секрет, что герцог Балморалский был вынужден за последние годы распродать свою коллекцию картин, а у лорда Сент-Саймона нет собственного состояния, если не считать небольшого поместья в Берчмуре, ясно, что от этого союза, который с лёгкостью превратит гражданку республики в титулованную английскую леди, выиграет не только калифорнийская наследница».

“Anything else?”

—Что-нибудь ещё? —

asked Holmes, yawning.

спросил Холмс, зевая. —

“Oh, yes; plenty.

О да, и очень много.

Then there is another note in the Morning Post to say that the marriage would be an absolutely quiet one, that it would be at St.

Вот другая заметка.

George’s, Hanover Square, that only half a dozen intimate friends would be invited, and that the party would return to the furnished house at Lancaster Gate which has been taken by Mr. Aloysius Doran.

В ней говорится, что свадьба будет самая скромная, что венчание состоится в церкви святого Георгия, на Гановер-сквер, и приглашены будут только пять-шесть самых близких друзей, а потом все общество отправится в меблированный особняк на Ланкастер-гейт, нанятый мистером Алоизиесом Дораном.

Two days later—that is, on Wednesday last—there is a curt announcement that the wedding had taken place, and that the honeymoon would be passed at Lord Backwater’s place, near Petersfield.

Два дня спустя, то есть в прошлую среду, появилось краткое сообщение о том, что венчание состоялось и что медовый месяц молодые проведут в поместье лорда Бэкуотера, близ Питерсфилда.

Those are all the notices which appeared before the disappearance of the bride.”

Вот и все, что было в газетах до исчезновения невесты.

“Before the what?”

—Как вы сказали? —

asked Holmes with a start.

спросил Холмс, вскакивая с места.

“The vanishing of the lady.”

—До исчезновения новобрачной, — повторил я.

“When did she vanish, then?”

—Когда же она исчезла?

“At the wedding breakfast.”

—Во время свадебного обеда.

“Indeed.

—Вот как!

This is more interesting than it promised to be; quite dramatic, in fact.”

Дело становится куда интереснее. Весьма драматично.

“Yes; it struck me as being a little out of the common.”

—Да, мне тоже показалось, что тут что-то не совсем заурядное.

“They often vanish before the ceremony, and occasionally during the honeymoon; but I cannot call to mind anything quite so prompt as this.

—Женщины нередко исчезают до брачной церемонии, порою во время медового месяца, но я не могу припомнить ни одного случая, когда бы исчезновение произошло столь скоропалительно.

Pray let me have the details.”

Расскажите мне, пожалуйста, подробности.

“I warn you that they are very incomplete.”

—Предупреждаю, что они далеко не полны.

“Perhaps we may make them less so.”

—Ну, может быть, нам самим удастся их пополнить.

“Such as they are, they are set forth in a single article of a morning paper of yesterday, which I will read to you.

—Вчера появилась статья в утренней газете, и это все.

It is headed, ‘Singular Occurrence at a Fashionable Wedding’:

Сейчас я прочту вам ее.

“‘The family of Lord Robert St.

Заголовок: «Удивительное происшествие на великосветской свадьбе».

Simon has been thrown into the greatest consternation by the strange and painful episodes which have taken place in connection with his wedding.

«Семья лорда Роберта Сент-Саймона потрясена загадочными и в высшей степени прискорбными событиями, связанными с его женитьбой.

The ceremony, as shortly announced in the papers of yesterday, occurred on the previous morning; but it is only now that it has been possible to confirm the strange rumours which have been so persistently floating about.

Венчание действительно состоялось вчера утром, как об этом коротко сообщалось во вчерашних газетах, но только сегодня мы можем подтвердить странные слухи, упорно циркулирующие в публике.

In spite of the attempts of the friends to hush the matter up, so much public attention has now been drawn to it that no good purpose can be served by affecting to disregard what is a common subject for conversation.

Несмотря на попытки друзей замять происшествие, оно привлекло к себе всеобщее внимание, и теперь уже нет смысла замалчивать то, что сделалось достоянием толпы.

“‘The ceremony, which was performed at St.

Свадьба была очень скромная и происходила в церкви святого Георгия.

George’s, Hanover Square, was a very quiet one, no one being present save the father of the bride, Mr. Aloysius Doran, the Duchess of Balmoral, Lord Backwater, Lord Eustace and Lady Clara St. Simon (the younger brother and sister of the bridegroom), and Lady Alicia Whittington.

Присутствовали только отец невесты — мистер Алоизиес Доран, герцогиня Балморалская, лорд Бэкуотер, лорд Юсташ и леди Клара Сент-Саймон (младшие брат и сестра жениха), а также леди Алисия Уитингтон.

The whole party proceeded afterwards to the house of Mr. Aloysius Doran, at Lancaster Gate, where breakfast had been prepared.

После венчания все общество отправилось на Ланкастер-гейт, где в доме мистера Алоизиеса Дорана их ждал обед.

It appears that some little trouble was caused by a woman, whose name has not been ascertained, who endeavoured to force her way into the house after the bridal party, alleging that she had some claim upon Lord St.

По слухам, там имел место небольшой инцидент: неизвестная женщина — ее имя так и не было установлено — пыталась проникнуть в дом вслед за гостями, утверждая, будто у нее есть какие-то права на лорда Сент-Саймона.

Simon. It was only after a painful and prolonged scene that she was ejected by the butler and the footman.

И только после продолжительной и тяжёлой сцены дворецкому и лакею удалось выпроводить эту особу.

The bride, who had fortunately entered the house before this unpleasant interruption, had sat down to breakfast with the rest, when she complained of a sudden indisposition and retired to her room.

Невеста, к счастью, вошла в дом до этого неприятного вторжения. Она села за стол вместе с остальными, но вскоре пожаловалась на внезапное недомогание и ушла в свою комнату. Так как она долго не возвращалась, гости начали выражать недоумение.

Her prolonged absence having caused some comment, her father followed her, but learned from her maid that she had only come up to her chamber for an instant, caught up an ulster and bonnet, and hurried down to the passage.

Мистер Алоизиес Доран отправился за дочерью, но ее горничная сообщила, что мисс Хетти заходила в комнату только на минутку, что она накинула длинное дорожное пальто, надела шляпу и быстро пошла к выходу.

One of the footmen declared that he had seen a lady leave the house thus apparelled, but had refused to credit that it was his mistress, believing her to be with the company.

Один из лакеев подтвердил, что какая-то дама в пальто и в шляпке действительно вышла из дому, но он никак не мог признать в ней свою госпожу, так как был уверен, что та в это время сидит за столом с гостями.

On ascertaining that his daughter had disappeared, Mr. Aloysius Doran, in conjunction with the bridegroom, instantly put themselves in communication with the police, and very energetic inquiries are being made, which will probably result in a speedy clearing up of this very singular business.

Убедившись, что дочь исчезла, мистер Алоизиес Доран немедленно отправился с новобрачным в полицию, и начались энергичные поиски, которые, вероятно, очень скоро прольют свет на это удивительное происшествие.

Up to a late hour last night, however, nothing had transpired as to the whereabouts of the missing lady.

Однако пока что местопребывание исчезнувшей леди не выяснено.

There are rumours of foul play in the matter, and it is said that the police have caused the arrest of the woman who had caused the original disturbance, in the belief that, from jealousy or some other motive, she may have been concerned in the strange disappearance of the bride.’”

Ходят слухи, что тут имеет место шантаж и что женщина, которая разыскивала лорда Сент-Саймона, арестована, ибо полиция предполагает, что из ревности или из иных побуждений она могла быть причастна к таинственному исчезновению новобрачной».

“And is that all?”

—И это все?

“Only one little item in another of the morning papers, but it is a suggestive one.”

—Есть ещё одна заметка в другой утренней газете. Пожалуй, она даст вам кое-что.

“And it is—”

—О чем же она?

“That Miss Flora Millar, the lady who had caused the disturbance, has actually been arrested.

—О том, что мисс Флора Миллар, виновница скандала, и в самом деле арестована.

It appears that she was formerly a danseuse at the Allegro, and that she has known the bridegroom for some years.

Кажется, она была прежде танцовщицей в «Аллегро» и встречалась с лордом Сент-Саймоном в течение нескольких лет.

There are no further particulars, and the whole case is in your hands now—so far as it has been set forth in the public press.”

Других подробностей нет, так что теперь вам известно все, что напечатано об этом случае в газетах.

“And an exceedingly interesting case it appears to be.

—Дело представляется мне чрезвычайно интересным.

I would not have missed it for worlds.

Я был бы крайне огорчен, если бы оно прошло мимо меня.

But there is a ring at the bell, Watson, and as the clock makes it a few minutes after four, I have no doubt that this will prove to be our noble client.

Но кто-то звонит, Уотсон. Пятый час. Не сомневаюсь, что это идёт наш высокородный клиент.

Do not dream of going, Watson, for I very much prefer having a witness, if only as a check to my own memory.”

Только не вздумайте уходить: мне может понадобиться свидетель, хотя бы на тот случай, если я что-нибудь забуду.

“Lord Robert St.

—Лорд Роберт Сент-Саймон! —

Simon,” announced our page-boy, throwing open the door.

объявил наш юный слуга, распахивая дверь.

A gentleman entered, with a pleasant, cultured face, high-nosed and pale, with something perhaps of petulance about the mouth, and with the steady, well-opened eye of a man whose pleasant lot it had ever been to command and to be obeyed.

Вошёл джентльмен с приятными тонкими чертами лица, бледный, с крупным носом, с чуть надменным ртом и твёрдым, открытым взглядом — взглядом человека, которому выпал счастливый жребий повелевать и встречать повиновение.

His manner was brisk, and yet his general appearance gave an undue impression of age, for he had a slight forward stoop and a little bend of the knees as he walked.

Движения у него были лёгкие и живые, но из-за некоторой сутулости и манеры сгибать колени при ходьбе он казался старше своих лет.

His hair, too, as he swept off his very curly-brimmed hat, was grizzled round the edges and thin upon the top.

Волосы на висках у него поседели, а когда он снял шляпу с загнутыми полями, обнаружилось, что они, кроме того, сильно поредели на макушке.

As to his dress, it was careful to the verge of foppishness, with high collar, black frock-coat, white waistcoat, yellow gloves, patent-leather shoes, and light-coloured gaiters.

Его костюм представлял верх изящества, граничившего с фатовством: высокий крахмальный воротничок, чёрный сюртук с белым жилетом, жёлтые перчатки, лакированные ботинки и светлые гетры.

He advanced slowly into the room, turning his head from left to right, and swinging in his right hand the cord which held his golden eyeglasses.

Он медленно вошёл в комнату и огляделся по сторонам, нервно вертя в руке шнурок от золотого лорнета.

“Good-day, Lord St. Simon,” said Holmes, rising and bowing. “

—Добрый день, лорд Сент-Саймон, — любезно сказал Холмс, поднимаясь навстречу посетителю. —

“Pray take the basket-chair.

Садитесь, пожалуйста, сюда, в плетеное кресло.

This is my friend and colleague, Dr. Watson.

Это мой друг и коллега, доктор Уотсон.

Draw up a little to the fire, and we will talk this matter over.”

Придвиньтесь поближе к огню, и потолкуем о вашем деле...

“A most painful matter to me, as you can most readily imagine, Mr. Holmes.

--...как нельзя более мучительном для меня, мистер Холмс!

I have been cut to the quick.

Я потрясен.

I understand that you have already managed several delicate cases of this sort, sir, though I presume that they were hardly from the same class of society.”

Разумеется, вам не раз приходилось вести дела щекотливого свойства, сэр, но вряд ли ваши клиенты принадлежали к такому классу общества, к которому принадлежу я.

“No, I am descending.”

—Да, вы правы, это для меня ступень вниз.

“I beg pardon.”

—Простите?

“My last client of the sort was a king.”

—Последним моим клиентом по делу такого рода был король.

“Oh, really!

—Вот как!

I had no idea.

Я не знал.

And which king?”

Какой же это король?

“The King of Scandinavia.”

—Король Скандинавии.

“What! Had he lost his wife?”

—Как, у него тоже пропала жена?

“You can understand,” said Holmes suavely, “that I extend to the affairs of my other clients the same secrecy which I promise to you in yours.”

—Надеюсь, вы понимаете, — самым учтивым тоном произнёс Холмс, — что в отношении всех моих клиентов я соблюдаю такую же тайну, какую обещаю и вам.

“Of course!

—О, конечно, конечно!

Very right! very right! I’m sure I beg pardon.

Вы совершенно правы, прошу меня извинить.

As to my own case, I am ready to give you any information which may assist you in forming an opinion.”

Что касается моего случая, я готов сообщить вам любые сведения, какие могут помочь вам составить мнение по поводу происшедшего.

“Thank you.

—Благодарю вас.

I have already learned all that is in the public prints, nothing more.

Я уже ознакомился с тем, что было в газетах, но не знаю ничего больше.

I presume that I may take it as correct—this article, for example, as to the disappearance of the bride.”

Надо полагать, что можно считать их сообщения верными? Хотя бы вот эту заметку — об исчезновении невесты?

Lord St. Simon glanced over it. “

Лорд Сент-Саймон наскоро пробежал заметку.

“Yes, it is correct, as far as it goes.”

—Да, это более или менее верно.

“But it needs a great deal of supplementing before anyone could offer an opinion.

—Но для того, чтобы я мог прийти к определеному заключению, мне понадобится ряд дополнительных данных.

I think that I may arrive at my facts most directly by questioning you.”

Пожалуй, лучше будет, если я задам вам несколько вопросов.

“Pray do so.”

—Я к вашим услугам.

“When did you first meet Miss Hatty Doran?”

—Когда вы познакомились с мисс Хетти Доран?

“In San Francisco, a year ago.”

—Год назад, в Сан-Франциско.

“You were travelling in the States?”

—Вы путешествовали по Соединённым Штатам?

“Yes.”

—Да.

“Did you become engaged then?”

—Вы ещё там обручились с нею?

“No.”

—Нет.

“But you were on a friendly footing?”

—Но вы ухаживали за ней?

“I was amused by her society, and she could see that I was amused.”

—Мне было приятно ее общество, и я этого не скрывал.

“Her father is very rich?”

—Отец ее очень богат?

“He is said to be the richest man on the Pacific slope.”

—Он считается самым богатым человеком на всем Тихоокеанском побережье.

“And how did he make his money?”

—А где и как он разбогател?

“In mining.

—На золотых приисках.

He had nothing a few years ago.

Ещё несколько лет назад у него ничего не было.

Then he struck gold, invested it, and came up by leaps and bounds.”

Потом ему посчастливилось напасть на богатую золотоносную жилу, он удачно поместил капитал и быстро пошёл в гору.

“Now, what is your own impression as to the young lady’s—your wife’s character?”

—А не могли бы вы обрисовать мне характер молодой леди — вашей супруги? Что она за человек?

The nobleman swung his glasses a little faster and stared down into the fire. “

Лорд Сент-Саймон начал быстро раскачивать лорнет и посмотрел в огонь.

“You see, Mr. Holmes,” said he, “my wife was twenty before her father became a rich man.

—Видите ли, мистер Холмс, — сказал он, — моей жене было уже двадцать лет, когда ее отец стал богатым человеком.

During that time she ran free in a mining camp and wandered through woods or mountains, so that her education has come from Nature rather than from the schoolmaster.

До того она свободно носилась по прииску и бродила по лесам и горам, так что ее воспитанием занималась скорее природа, чем школа.

She is what we call in England a tomboy, with a strong nature, wild and free, unfettered by any sort of traditions.

Настоящая «сорви-голова», как мы называем таких девушек в Англии, натура сильная и свободолюбивая, не скованная никакими традициями.

She is impetuous—volcanic, I was about to say.

У нее порывистый, я бы даже сказал, бурный характер.

She is swift in making up her mind and fearless in carrying out her resolutions.

Быстро принимает решения и бесстрашно доводит до конца то, что задумала.

On the other hand, I would not have given her the name which I have the honour to bear”—he gave a little stately cough—“had I not thought her to be at bottom a noble woman.

С другой стороны, я не дал бы ей имени, которое имею честь носить, — тут он с достоинством откашлялся, — если бы не был уверен, что, в сущности, это благороднейшее создание.

I believe that she is capable of heroic self-sacrifice and that anything dishonourable would be repugnant to her.”

Я твердо знаю, что она способна на героическое самопожертвование и что все бесчестное ее отталкивает.

“Have you her photograph?”

—Есть у вас ее фотография?

“I brought this with me.”

—Я принёс с собой вот это.

He opened a locket and showed us the full face of a very lovely woman.

Он открыл медальон и показал нам прелестное женское лицо.

It was not a photograph but an ivory miniature, and the artist had brought out the full effect of the lustrous black hair, the large dark eyes, and the exquisite mouth.

Это была не фотография, а миниатюра на слоновой кости. Художнику удалось передать прелесть блестящих черных волос, больших темных глаз, изящно очерченного рта.

Holmes gazed long and earnestly at it. Then he closed the locket and handed it back to Lord St. Simon.

Холмс долго и внимательно рассматривал миниатюру, потом закрыл медальон и вернул его лорду Сент-Саймону.

“The young lady came to London, then, and you renewed your acquaintance?”

—А потом молодая девушка приехала в Лондон и вы возобновили знакомство с нею?

“Yes, her father brought her over for this last London season. I met her several times, became engaged to her, and have now married her.”

—Да, на этот сезон отец привёз ее в Лондон, мы начали встречаться, обручились, и вот теперь я женился на ней.

“She brought, I understand, a considerable dowry?”

—За ней дали, должно быть, порядочное приданое?

“A fair dowry. Not more than is usual in my family.”

—Прекрасное приданое, но такова традиция в нашей семье.

“And this, of course, remains to you, since the marriage is a fait accompli ?”

—И поскольку ваш брак — уже совершившийся факт, оно конечно, останется в вашем распоряжении?

“I really have made no inquiries on the subject.”

—Право, не знаю. Я не наводил никаких справок на этот счёт.

“Very naturally not.

—Ну, понятно.

Did you see Miss Doran on the day before the wedding?”

Скажите, виделись вы с мисс Доран накануне свадьбы?

“Yes.”

—Да.

“Was she in good spirits?”

—И в каком она была настроении?

“Never better.

—В отличном.

She kept talking of what we should do in our future lives.”

Все время строила планы нашей будущей совместной жизни.

“Indeed!

—Вот как?

That is very interesting.

Это чрезвычайно любопытно.

And on the morning of the wedding?”

А утром в день свадьбы?

“She was as bright as possible—at least until after the ceremony.”

—Она была очень весела — по крайней мере до конца церемонии.

“And did you observe any change in her then?”

—А потом вы, стало быть, заметили в ней какую-то перемену?

“Well, to tell the truth, I saw then the first signs that I had ever seen that her temper was just a little sharp.

—Да, по правде говоря, я тогда впервые имел случай убедиться в некоторой неровности ее характера.

The incident however, was too trivial to relate and can have no possible bearing upon the case.”

Впрочем, этот эпизод настолько незначителен, что не стоит о нем и рассказывать. Он не имеет ни малейшего значения.

“Pray let us have it, for all that.”

—Все-таки расскажите, прошу вас.

“Oh, it is childish.

—Хорошо, но это такое ребячество...

She dropped her bouquet as we went towards the vestry.

Когда мы с ней шли от алтаря, она уронила букет.

She was passing the front pew at the time, and it fell over into the pew.

В этот момент мы как раз поравнялись с передней скамьёй, и букет упал под скамью.

There was a moment’s delay, but the gentleman in the pew handed it up to her again, and it did not appear to be the worse for the fall.

Произошло минутное замешательство, но какой-то джентльмен, сидевший на скамье, тут же нагнулся и подал ей букет, который ничуть не пострадал.

Yet when I spoke to her of the matter, she answered me abruptly; and in the carriage, on our way home, she seemed absurdly agitated over this trifling cause.”

И все-таки, когда я заговорил с ней об этом, она ответила какой-то резкостью и потом, сидя в карете, когда мы ехали домой, казалась до нелепости взволнованной этой ерундой.

“Indeed!

—Ах вот что!

You say that there was a gentleman in the pew.

Значит, на скамье сидел какой-то джентльмен?

Some of the general public were present, then?”

Стало быть, в церкви все-таки была посторонняя публика?

“Oh, yes.

—Ну конечно.

It is impossible to exclude them when the church is open.”

Это неизбежно, раз церковь открыта.

“This gentleman was not one of your wife’s friends?”

—И этот джентльмен не принадлежал к числу знакомых вашей жены?

“No, no; I call him a gentleman by courtesy, but he was quite a common-looking person.

—О нет! Я только из вежливости назвал его «джентльменом»: судя по виду, это человек не нашего круга.

I hardly noticed his appearance.

Впрочем, я даже не разглядел его хорошенько.

But really I think that we are wandering rather far from the point.”

Но, право же, мы отвлекаемся от темы.

“Lady St. Simon, then, returned from the wedding in a less cheerful frame of mind than she had gone to it.

—Итак, возвратясь из церкви, леди Сент-Саймон была уже не в таком хорошем расположении духа?

What did she do on re-entering her father’s house?”

Чем она занялась, когда вошла в дом отца?

“I saw her in conversation with her maid.”

—Начала что-то рассказывать своей горничной.

“And who is her maid?”

—А что представляет собой ее горничная?

“Alice is her name.

—Ее зовут Алиса.

She is an American and came from California with her.”

Она американка и приехала вместе со своей госпожой из Калифорнии. — Вероятно она пользуется доверием вашей жены?

“A confidential servant?”

—Пожалуй, даже чересчур большим доверием.

“A little too much so. It seemed to me that her mistress allowed her to take great liberties.

Мне всегда казалось, что мисс Хетти слишком много ей позволяет.

Still, of course, in America they look upon these things in a different way.”

Впрочем, в Америке иначе смотрят на эти вещи.

“How long did she speak to this Alice?”

—Сколько времени продолжался их разговор?

“Oh, a few minutes.

—Кажется, несколько минут.

I had something else to think of.”

Не знаю, право, я был слишком занят.

“You did not overhear what they said?”

—И вы не слышали о чем они говорили?

“Lady St. Simon said something about ‘jumping a claim.’

—Леди Сент-Саймон сказала что-то о «захвате чужого участка».

She was accustomed to use slang of the kind.

Она постоянно употребляет такого рода жаргонные словечки.

I have no idea what she meant.”

Понятия не имею, что она имела в виду.

“American slang is very expressive sometimes.

—Американский жаргон иногда очень выразителен.

And what did your wife do when she finished speaking to her maid?”

А что делала ваша жена после разговора со служанкой?

“She walked into the breakfast-room.”

—Пошла в столовую.

“On your arm?”

—Под руку с вами?

“No, alone.

—Нет, одна.

She was very independent in little matters like that.

Она чрезвычайно независима в таких мелочах.

Then, after we had sat down for ten minutes or so, she rose hurriedly, muttered some words of apology, and left the room.

Минут через десять она поспешно встала из-за стола, пробормотала какие-то извинения и вышла из комнаты.

She never came back.”

Больше я не видел ее.

“But this maid, Alice, as I understand, deposes that she went to her room, covered her bride’s dress with a long ulster, put on a bonnet, and went out.”

—Если не ошибаюсь, горничная Алиса показала на допросе, что ее госпожа вошла в свою комнату, накинула на подвенечное платье длинное дорожное пальто, надела шляпку и ушла.

“Quite so.

—Совершенно верно.

And she was afterwards seen walking into Hyde Park in company with Flora Millar, a woman who is now in custody, and who had already made a disturbance at Mr. Doran’s house that morning.”

И потом ее видели в Гайд-парке. Она там была с Флорой Миллар — женщиной, которая утром того же дня устроила скандал в доме мистера Дорана.

“Ah, yes.

Сейчас она арестована.

I should like a few particulars as to this young lady, and your relations to her.”

—Ах да, расскажите, пожалуйста, об этой молодой особе и о характере ваших отношений.

Lord St. Simon shrugged his shoulders and raised his eyebrows. “

Лорд Сент-Саймон пожал плечами и поднял брови.

“We have been on a friendly footing for some years—I may say on a very friendly footing.

—В течение нескольких лет мы были с ней в дружеских, я бы даже сказал, в очень дружеских отношениях.

She used to be at the Allegro.

Она танцевала в «Аллегро».

I have not treated her ungenerously, and she had no just cause of complaint against me, but you know what women are, Mr. Holmes. Flora was a dear little thing, but exceedingly hot-headed and devotedly attached to me.

Я обошёлся с ней, как подобает благородному человеку, и она не может иметь ко мне никаких претензий, но вы же знаете женщин, мистер Холмс, Флора — очаровательное существо, но она чересчур импульсивна я до безумия влюблена в меня.

She wrote me dreadful letters when she heard that I was about to be married, and, to tell the truth, the reason why I had the marriage celebrated so quietly was that I feared lest there might be a scandal in the church.

Узнав, что я собираюсь жениться, она начала писать мне ужасные письма, и, говоря откровенно, я только потому и устроил такую скромную свадьбу, что боялся скандала в церкви.

She came to Mr. Doran’s door just after we returned, and she endeavoured to push her way in, uttering very abusive expressions towards my wife, and even threatening her, but I had foreseen the possibility of something of the sort, and I had two police fellows there in private clothes, who soon pushed her out again.

Едва мы успели приехать после венчания, как она прибежала к дому мистера Дорана и сделала попытку проникнуть туда, выкрикивая при этом оскорбления и даже угрозы по адресу моей жены. Однако, предвидя возможность чего-либо в этом роде, я заранее пригласил двух полицейских в штатском, и те быстро выпроводили ее.

She was quiet when she saw that there was no good in making a row.”

Как только Флора поняла, что скандалом тут не поможешь, она сразу успокоилась.

“Did your wife hear all this?”

—Слышала все это ваша жена?

“No, thank goodness, she did not.”

—К счастью, нет.

“And she was seen walking with this very woman afterwards?”

—А потом с этой самой женщиной ее видели на улице?

“Yes. That is what Mr. Lestrade, of Scotland Yard, looks upon as so serious.

—Да. И вот этот-то факт мистер Лестрейд из Скотланд-Ярда считает тревожным.

It is thought that Flora decoyed my wife out and laid some terrible trap for her.”

Он думает, что Флора выманила мою жену из дому и устроила ей какую-нибудь ужасную ловушку.

“Well, it is a possible supposition.”

—Что ж, это не лишено вероятия.

“You think so, too?”

—Значит, и вы того же мнения?

“I did not say a probable one.

—Вот этого я не сказал.

But you do not yourself look upon this as likely?”

Ну, а сами вы допускаете такую возможность?

“I do not think Flora would hurt a fly.”

—Я убеждён, что Флора не способна обидеть и муху.

“Still, jealousy is a strange transformer of characters.

—Однако ревность иногда совершенно меняет характер человека.

Pray what is your own theory as to what took place?”

Скажите, а каким образом объясняете то, что произошло, вы сами?

“Well, really, I came to seek a theory, not to propound one.

—Я пришёл сюда не для того, чтобы объяснять что-либо, а чтобы получить объяснение от вас.

I have given you all the facts.

Я сообщил вам все факты, какими располагал.

Since you ask me, however, I may say that it has occurred to me as possible that the excitement of this affair, the consciousness that she had made so immense a social stride, had the effect of causing some little nervous disturbance in my wife.”

Впрочем, если вас интересует моя точка зрения, извольте: я допускаю, что возбуждение, которое испытала моя жена в связи с огромной переменой, происшедшей в ее судьбе, в ее общественном положении, могло вызвать у нее лёгкое нервное расстройство.

“In short, that she had become suddenly deranged?”

—Короче говоря, вы полагаете, что она внезапно потеряла рассудок?

“Well, really, when I consider that she has turned her back—I will not say upon me, but upon so much that many have aspired to without success—I can hardly explain it in any other fashion.”

—Если хотите, да. Когда я думаю, что она могла отказаться... не от меня, нет, но от всего того, о чем тщетно мечтали многие другие женщины, мне трудно найти иное объяснение.

“Well, certainly that is also a conceivable hypothesis,” said Holmes, smiling. “

—Что же, и это тоже вполне приемлемая гипотеза, — ответил Холмс улыбаясь. —

“And now, Lord St. Simon, I think that I have nearly all my data.

Теперь, лорд Сент-Саймон, у меня, пожалуй, есть почти все нужные сведения.

May I ask whether you were seated at the breakfast-table so that you could see out of the window?”

Скажите только одно: могли вы, сидя за свадебном столом, видеть в окно то, что происходило на улице?

“We could see the other side of the road and the Park.”

—Нам виден был противоположный тротуар и парк.

“Quite so.

—Отлично.

Then I do not think that I need to detain you longer.

Итак, у меня, пожалуй, больше нет необходимости вас задерживать.

I shall communicate with you.”

Я напишу вам.

“Should you be fortunate enough to solve this problem,” said our client, rising.

—Только бы вам посчастливилось разрешить эту загадку! — сказал наш клиент, поднимаясь с места.

“I have solved it.”

—Я уже разрешил ее.

“Eh?

—Что?

What was that?”

Я, кажется, ослышался.

“I say that I have solved it.”

—Я сказал, что разрешил эту загадку.

“Where, then, is my wife?”

—В таком случае, где же моя жена?

“That is a detail which I shall speedily supply.”

—Очень скоро я отвечу вам и на этот вопрос.

Lord St. Simon shook his head. “

Лорд Сент-Саймон нахмурился.

“I am afraid that it will take wiser heads than yours or mine,” he remarked, and bowing in a stately, old-fashioned manner he departed.

—Боюсь, что над этим делом ещё немало помучаются и более мудрые головы, чем у нас с вами, — заметил он и, церемонно поклонившись, с достоинством удалился.

“It is very good of Lord St.

Шерлок Холмс засмеялся:

Simon to honour my head by putting it on a level with his own,” said Sherlock Holmes, laughing. “

—Лорд Сент-Саймон оказал моей голове большую честь, поставив ее на один уровень со своей!..

“I think that I shall have a whisky and soda and a cigar after all this cross-questioning.

Знаете что, я не прочь бы выпить виски с содовой и выкурить сигару после этого длительного допроса.

I had formed my conclusions as to the case before our client came into the room.”

А заключение по данному делу сложилось у меня ещё до того, как наш клиент вошёл в комнату.

“My dear Holmes!”

—Полноте, Холмс!

“I have notes of several similar cases, though none, as I remarked before, which were quite as prompt.

—В моих заметках есть несколько аналогичных случаев, хотя, как я уже говорил вам, ни одно из тех исчезновений не было столь скоропалительным.

My whole examination served to turn my conjecture into a certainty.

Беседа же с лордом Сент-Саймоном превратила мои предположения в уверенность.

Circumstantial evidence is occasionally very convincing, as when you find a trout in the milk, to quote Thoreau’s example.”

Побочные обстоятельства бывают иногда так же красноречивы, как муха в молоке, — если вспомнить Торо .

“But I have heard all that you have heard.”

—Однако, Холмс, ведь я присутствовал при разговоре и слышал то же, что слышали и вы.

“Without, however, the knowledge of pre-existing cases which serves me so well.

—Да, но вы не знаете тех случаев, которые уже имели место и которые сослужили мне отличную службу.

There was a parallel instance in Aberdeen some years back, and something on very much the same lines at Munich the year after the Franco-Prussian War.

Почти такая же история произошла несколько лет назад в Абердине и нечто очень похожее — в Мюнжене, на следующий год после франко-прусской войны. Данный случай...

It is one of these cases—but, hullo, here is Lestrade!

А, вот и Лестрейд!

Good-afternoon, Lestrade!

Здравствуйте, Лестрейд!

You will find an extra tumbler upon the sideboard, and there are cigars in the box.”

Вон там, на буфете, вино, а здесь, в ящике, сигары.

The official detective was attired in a pea-jacket and cravat, which gave him a decidedly nautical appearance, and he carried a black canvas bag in his hand.

Официальный сыщик Скотланд-Ярда был облачен в куртку и носил на шее шарф, что делало его похожим на моряка. В руке он держал чёрный парусиновый саквояж.

With a short greeting he seated himself and lit the cigar which had been offered to him.

Отрывисто поздоровавшись, он опустился на стул и закурил предложенную сигару.

“What’s up, then?”

—Ну, выкладывайте, что случилось? —

asked Holmes with a twinkle in his eye. “

спросил Холмс с лукавым огоньком в глазах. —

“You look dissatisfied.”

У вас недовольный вид.

“And I feel dissatisfied.

—И я действительно недоволен.

It is this infernal St. Simon marriage case.

Черт бы побрал этого Сент-Саймона с его свадьбой!

I can make neither head nor tail of the business.”

Ничего не могу понять.

“Really!

—Неужели?

You surprise me.”

Вы удивляете меня.

“Who ever heard of such a mixed affair?

—В жизни не встречал более запутанной истории.

Every clue seems to slip through my fingers.

Не найти никаких концов.

I have been at work upon it all day.”

Сегодня я провозился с ней весь день.

“And very wet it seems to have made you,” said Holmes laying his hand upon the arm of the pea-jacket.

—И, кажется, при этом изрядно промокли, — сказал Холмс, дотрагиваясь до рукава куртки.

“Yes, I have been dragging the Serpentine.”

—Да, я обшаривал дно Серпентайна .

“In Heaven’s name, what for?”

—О, Господи! Да зачем вам это понадобилось?

“In search of the body of Lady St. Simon.”

—Чтобы найти тело леди Сент-Саймон.

Sherlock Holmes leaned back in his chair and laughed heartily.

Шерлок Холмс откинулся на спинку кресла и от души расхохотался.

“Have you dragged the basin of Trafalgar Square fountain?”

—А бассейн фонтана на Трафальгард-сквер вы не забыли обшарить? —

he asked.

спросил он.

“Why?

—На Трафальгард-сквер?

What do you mean?”

Что вы хотите этим сказать?

“Because you have just as good a chance of finding this lady in the one as in the other.”

—Да то, что у вас точно такие же шансы найти леди Сент-Саймон здесь, как и там.

Lestrade shot an angry glance at my companion. “

Лестрейд бросил сердитый взгляд на моего друга.

“I suppose you know all about it,” he snarled.

—Как видно, вы уже разобрались в этом деле? — насмешливо спросил он.

“Well, I have only just heard the facts, but my mind is made up.”

—Мне только что рассказали о нем, но я уже пришёл к определённому выводу.

“Oh, indeed!

—Неужели!

Then you think that the Serpentine plays no part in the matter?”

Так вы считаете, что Серпентайн тут ни при чем?

“I think it very unlikely.”

—Полагаю, что так.

“Then perhaps you will kindly explain how it is that we found this in it?”

—В таком случае, прошу объяснить, каким образом мы могли найти в пруду вот это.

He opened his bag as he spoke, and tumbled onto the floor a wedding-dress of watered silk, a pair of white satin shoes and a bride’s wreath and veil, all discoloured and soaked in water. “

Он открыл саквояж и выбросил на пол шёлковое подвенечное платье, пару белых атласных туфелек и веночек с вуалью — все грязное и совершенно мокрое.

“There,” said he, putting a new wedding-ring upon the top of the pile. “

—Извольте! — сказал Лестрейд, кладя на эту кучу новенькое обручальное кольцо. —

“There is a little nut for you to crack, Master Holmes.”

Раскусите-ка этот орешек, мистер Холмс!

“Oh, indeed!”

—Вот оно что! —

said my friend, blowing blue rings into the air. “

сказал Холмс, выпуская сизые кольца дыма. —

“You dragged them from the Serpentine?”

И все эти вещи вы выудили в пруду?

“No. They were found floating near the margin by a park-keeper.

—Они плавали у самого берега, их нашёл сторож парка.

They have been identified as her clothes, and it seemed to me that if the clothes were there the body would not be far off.”

Родственники леди Сент- Саймон опознали и платье и все остальное. По-моему, если там была одежда, то где-нибудь поблизости найдётся и тело.

“By the same brilliant reasoning, every man’s body is to be found in the neighbourhood of his wardrobe.

—Если исходить из этой остроумной теории, тело каждого человека должно быть найдено рядом с его одеждой.

And pray what did you hope to arrive at through this?”

Так чего же вы надеетесь добиться с помощью вещей леди Сент-Саймон, хотел бы я знать?

“At some evidence implicating Flora Millar in the disappearance.”

—Какой-нибудь улики, доказывающей, что в ее исчезновении замешана Флора Миллар.

“I am afraid that you will find it difficult.”

—Боюсь, это будет нелегко.

“Are you, indeed, now?”

—Боитесь? —

cried Lestrade with some bitterness. “

с горечью вскричал Лестрейд. —

“I am afraid, Holmes, that you are not very practical with your deductions and your inferences.

А я, Холмс, боюсь, что вы совсем оторвались от жизни с вашими вечными теориями и умозаключениями.

You have made two blunders in as many minutes. This dress does implicate Miss Flora Millar.”

За несколько минут вы сделали две грубые ошибки, Вот это самое платье, несомненно, уличает мисс Флору Миллар.

“And how?”

—Каким же образом?

“In the dress is a pocket.

—В платье есть карман.

In the pocket is a card-case.

В кармане нашёлся футляр для визитных карточек.

In the card-case is a note.

А в футляре — записка.

And here is the very note.”

Вот она. —

He slapped it down upon the table in front of him. “

Он расправил записку на столе. —

“Listen to this: ‘You will see me when all is ready.

Сейчас я прочту ее вам: «Увидимся, когда все будет готово.

Come at once.

Выходите немедленно.

Ф. X.

H. M.’ Now my theory all along has been that Lady St. Simon was decoyed away by Flora Millar, and that she, with confederates, no doubt, was responsible for her disappearance.

М.». Я с самого начала предполагал, что Флора Миллар под каким-нибудь предлогом выманила леди Сент-Саймон из дому и, разумеется, вместе с сообщниками является виновницей ее исчезновения.

Here, signed with her initials, is the very note which was no doubt quietly slipped into her hand at the door and which lured her within their reach.”

И вот перед нами записка — записка с ее инициалами, которую она, несомненно сунула леди Сент-Саймон у дверей дома, чтобы завлечь ее в свои сети.

“Very good, Lestrade,” said Holmes, laughing. “

—Отлично, Лестрейд, — со смехом сказал Холмс. —

“You really are very fine indeed.

Право же, вы очень ловко все это придумали.

Let me see it.”

Покажите-ка записку.

He took up the paper in a listless way, but his attention instantly became riveted, and he gave a little cry of satisfaction. “

Он небрежно взял в руку бумажку, но что-то в ней вдруг приковало его внимание.

“This is indeed important,” said he.

—Да, это действительно очень важно! — сказал он с довольным видом.

“Ha!

—Ага!

you find it so?”

Теперь убедились?

“Extremely so.

—Чрезвычайно важно!

I congratulate you warmly.”

Сердечно поздравляю вас, Лестрейд.

Lestrade rose in his triumph and bent his head to look. “

Торжествующий Лестрейд вскочил и наклонился над запиской. — Что это? — изумился он. —

“Why,” he shrieked, “you’re looking at the wrong side!”

Ведь вы смотрите не на ту сторону?

“On the contrary, this is the right side.”

—Нет, я смотрю именно туда, куда нужно.

“The right side?

—Да вы с ума сошли!

You’re mad!

Переверните бумажку.

Here is the note written in pencil over here.”

Записка-то ведь написана карандашом на обороте!

“And over here is what appears to be the fragment of a hotel bill, which interests me deeply.”

—Зато здесь я вижу обрывок счета гостиницы, который весьма интересует меня.

“There’s nothing in it.

—Ничего в нем нет особенного!

I looked at it before,” said Lestrade. “‘

Я уже видел его: «Окт. 4-

“‘Oct. 4

4-го. Комната — 8 шил.

4th, rooms 8 s ., breakfast 2 s . 6 d ., cocktail 1 s ., lunch 2 s . 6 d ., glass sherry, 8 d .’ I see nothing in that.”

Завтрак — 2 шил.6 пенс. Коктейль — 1 шил. Ленч — 2 шил. 6 пенс.

“Very likely not.

Стакан хереса — 8 пенс». Вот и все. Не вижу ничего интересного. — Вполне возможно, что не видите.

It is most important, all the same.

А между тем этот счёт имеет большое значение.

As to the note, it is important also, or at least the initials are, so I congratulate you again.”

Что касается записки, она тоже имеет значение, во всяком случае, ее инициалы. Так что поздравляю вас ещё раз, Лестрейд.

“I’ve wasted time enough,” said Lestrade, rising. “

—Ну, хватит терять время! — сказал тот, поднимаясь с места. —

“I believe in hard work and not in sitting by the fire spinning fine theories.

Я, знаете ли, считаю, что надо работать, а не сидеть у камина и разводить разные там теории.

Good-day, Mr. Holmes, and we shall see which gets to the bottom of the matter first.”

До свидания, мистер Холмс. Посмотрим, кто первым доберётся до сути этого дела.

He gathered up the garments, thrust them into the bag, and made for the door.

Он собрал принесённую одежду, сунул ее в саквояж и направился к двери.

“Just one hint to you, Lestrade,” drawled Holmes before his rival vanished; “I will tell you the true solution of the matter.

—Два слова, Лестрейд, — медленно произнёс Холмс, обращаясь к спине своего уходящего соперника. —

Lady St.

Я могу вам открыть разгадку вашего дела.

Simon is a myth.

Леди Сент-Саймон — миф.

There is not, and there never has been, any such person.”

Ее нет и никогда не было.

Lestrade looked sadly at my companion.

Лестрейд обернулся и с грустью взглянул на моего друга.

Then he turned to me, tapped his forehead three times, shook his head solemnly, and hurried away.

Потом он посмотрел на меня, трижды постучал пальцем по лбу, многозначительно покачал головой и поспешно вышел.

He had hardly shut the door behind him when Holmes rose to put on his overcoat. “

Как только за ним закрылась дверь, Холмс встал и надел пальто.

“There is something in what the fellow says about outdoor work,” he remarked, “so I think, Watson, that I must leave you to your papers for a little.”

—В том, что сказал этот субъект, есть доля истины, — заметил он. — Нельзя все время сидеть дома, надо работать. Поэтому, Уотсон, я должен ненадолго оставить вас наедине с вашими газетами.

It was after five o’clock when Sherlock Holmes left me, but I had no time to be lonely, for within an hour there arrived a confectioner’s man with a very large flat box.

Шерлок Холмс покинул меня в половине шестого, но я недолго оставался в одиночестве, ибо не прошло и часа, как к нам явился посыльный из гастрономического магазина с большущей коробкой.

This he unpacked with the help of a youth whom he had brought with him, and presently, to my very great astonishment, a quite epicurean little cold supper began to be laid out upon our humble lodging-house mahogany.

С помощью мальчика, пришедшего с ним вместе, он распаковал ее, и, к моему великому удивлению, на скромном обеденном столе нашей квартирки появился роскошный холодный ужин.

There were a couple of brace of cold woodcock, a pheasant, a pate de foie gras pie with a group of ancient and cobwebby bottles.

Здесь была парочка холодных вальдшнепов, фазан, паштет из гусиной печёнки и несколько пыльных, покрытых паутиной бутылок старого вина.

Having laid out all these luxuries, my two visitors vanished away, like the genii of the Arabian Nights, with no explanation save that the things had been paid for and were ordered to this address.

Расставив все эти лакомые блюда, оба посетителя исчезли, подобно духами из «Тысячи и одной ночи», успев сказать только, что за все уплачено и велено доставить по этому адресу.

Just before nine o’clock Sherlock Holmes stepped briskly into the room.

Около девяти в комнату бодрыми шагами вошёл Холмс.

His features were gravely set, but there was a light in his eye which made me think that he had not been disappointed in his conclusions.

Лицо его было серьезно, но в глазах блестел огонёк, по которому я сразу угадал, что он не обманулся в своих догадках.

“They have laid the supper, then,” he said, rubbing his hands.

—А, ужин уже на столе! — сказал он, потирая руки.

“You seem to expect company.

—Вы, значит, ждёте гостей?

They have laid for five.”

Они накрыли на пять персон.

“Yes, I fancy we may have some company dropping in,” said he. “

—Да, я думаю, что к нам может кое-кто зайти, — ответил он. —

“I am surprised that Lord St. Simon has not already arrived.

Странно, что лорда Сент-Саймона ещё нет...

Ha!

Ага!

I fancy that I hear his step now upon the stairs.”

Кажется, я слышу на лестнице его шаги.

It was indeed our visitor of the afternoon who came bustling in, dangling his glasses more vigorously than ever, and with a very perturbed expression upon his aristocratic features.

Он не ошибся. В комнату быстро вошёл наш утренний посетитель, ещё сильнее прежнего раскачивая висевший на шнурке лорнет. На его аристократическом лице отражалось сильнейшее смятение.

“My messenger reached you, then?”

—Стало быть, мой посыльный застал вас дома? —

asked Holmes.

спросил Холмс.

“Yes, and I confess that the contents startled me beyond measure.

—Да, но признаюсь, содержание письма поразило меня сверх всякой меры.

Have you good authority for what you say?”

Есть ли у вас доказательства того, что вы сообщили?

“The best possible.”

—Есть, и самые веские.

Lord St. Simon sank into a chair and passed his hand over his forehead.

Лорд Сент-Саймон опустился в кресло и провёл рукой по лбу.

“What will the Duke say,” he murmured, “when he hears that one of the family has been subjected to such humiliation?”

—Что скажет герцог! — прошептал он. — Что он скажет, когда услышит об унижении, которому подвергся один из членов его семьи!

“It is the purest accident.

—Но ведь тут чистейшая случайность.

I cannot allow that there is any humiliation.”

Я никак не могу согласиться, что в этом есть что-нибудь унизительное.

“Ah, you look on these things from another standpoint.”

—Ах, вы смотрите на такие вещи с другой точки зрения!

“I fail to see that anyone is to blame.

—Я решительно не вижу здесь ничьей вины.

I can hardly see how the lady could have acted otherwise, though her abrupt method of doing it was undoubtedly to be regretted.

Мне кажется, эта леди просто не могла поступить иначе. Конечно.

Having no mother, she had no one to advise her at such a crisis.”

она действовала чересчур стремительно, но ведь у нее нет матери — ей не с кем было посоветоваться в критическую минуту.

“It was a slight, sir, a public slight,” said Lord St.

—Это оскорбление, сэр, публичное оскорбление! —

Simon, tapping his fingers upon the table.

сказал лорд Сент-Саймон, барабаня пальцами по столу.

“You must make allowance for this poor girl, placed in so unprecedented a position.”

—Однако вы должны принять в расчёт то исключительно положение, в котором оказалась бедная молодая девушка.

“I will make no allowance.

—Я не собираюсь принимать в расчёт что бы то ни было.

I am very angry indeed, and I have been shamefully used.”

Со мной поступили бесчестно. Я просто вне себя.

“I think that I heard a ring,” said Holmes. “

—Кажется, звонят, — заметил Холмс. —

“Yes, there are steps on the landing.

Да, я слышу шаги на площадке...

If I cannot persuade you to take a lenient view of the matter, Lord St. Simon, I have brought an advocate here who may be more successful.”

Что ж, если я не в силах убедить, вас, лорд Сент-Саймон, более снисходительно отнестись ко всему случившемуся, то, может быть, это скорее удастся адвокату, которого я пригласил.

He opened the door and ushered in a lady and gentleman. “

Холмс распахнул дверь и впустил в комнату даму и господина.

“Lord St. Simon,” said he “allow me to introduce you to Mr. and Mrs. Francis Hay Moulton.

—Лорд Сент-Саймон, — сказал он, — позвольте представить вас мистеру и миссис Фрэнсис Хей Маултон.

The lady, I think, you have already met.”

С миссис Маултон вы, кажется, уже знакомы.

At the sight of these newcomers our client had sprung from his seat and stood very erect, with his eyes cast down and his hand thrust into the breast of his frock-coat, a picture of offended dignity.

При виде новых посетителей наш клиент вскочил с места. Он стоял выпрямившись, опустив глаза, заложив руку за борт сюртука, — воплощение оскорблённого достоинства.

The lady had taken a quick step forward and had held out her hand to him, but he still refused to raise his eyes.

Дама подбежала к нему и протянула руку, но он упорно не поднимал глаз.

It was as well for his resolution, perhaps, for her pleading face was one which it was hard to resist.

Так было, пожалуй, лучше для него, если он хотел остаться непреклонным: вряд ли кто-нибудь мог бы устоять перед ее умоляющим взглядом.

“You’re angry, Robert,” said she. “

—Вы сердитесь, Роберт? — сказала она. —

“Well, I guess you have every cause to be.”

Что ж, я понимаю, вы не можете не сердиться.

“Pray make no apology to me,” said Lord St. Simon bitterly.

—Сделайте одолжение, не оправдывайтесь, — с горечью произнёс лорд Сент-Саймон.

“Oh, yes, I know that I have treated you real bad and that I should have spoken to you before I went; but I was kind of rattled, and from the time when I saw Frank here again I just didn’t know what I was doing or saying.

—Да, да, я знаю, я виновата, мне надо было поговорить с вами перед тем, как уйти, но я словно обезумела и с той самой минуты, как вдруг увидела Фрэнка, уже не сознавала, что делаю и что говорю.

I only wonder I didn’t fall down and do a faint right there before the altar.”

Удивительно ещё, как это я не упала в обморок перед алтарём!

“Perhaps, Mrs. Moulton, you would like my friend and me to leave the room while you explain this matter?”

—Быть может, сударыня, вам угодно, чтобы мы — я и мой друг удалились на то время, пока вы будете объясняться с лордом Сент-Саймоном? — спросил Холмс.

“If I may give an opinion,” remarked the strange gentleman, “we’ve had just a little too much secrecy over this business already.

—Если мне будет позволено выказать моё мнение, — вмешался мистер Маултон, — я скажу, что хватит делать тайну из этой истории.

For my part, I should like all Europe and America to hear the rights of it.”

Что до меня, так я бы хотел, чтобы вся Европа и вся Америка услышали наконец правду.

He was a small, wiry, sunburnt man, clean-shaven, with a sharp face and alert manner.

Маултон был крепкий, загорелый молодой человек небольшого роста, с резкими чертами лица и быстрыми движениями.

“Then I’ll tell our story right away,” said the lady. “

—Ну хорошо, тогда я расскажу, как было дело, — сказала его спутница. —

“Frank here and I met in ’84, in McQuire’s camp, near the Rockies, where Pa was working a claim.

Мы с Фрэнком познакомились в 1881 году на прииске Мак-Квайра, близ Скалистых гор, где папа разрабатывал участок.

We were engaged to each other, Frank and I; but then one day father struck a rich pocket and made a pile, while poor Frank here had a claim that petered out and came to nothing.

Мы дали друг другу слово. Но вот однажды папа напал на богатую золотоносную жилу и разбогател, а участок бедного Фрэнка все истощался и в конце концов совсем перестал что-либо давать.

The richer Pa grew the poorer was Frank; so at last Pa wouldn’t hear of our engagement lasting any longer, and he took me away to ’Frisco.

Чем богаче становился папа, тем беднее становился Фрэнк. Папа теперь и слышать не хотел о нашем обручении и увёз меня во Фриско.

Frank wouldn’t throw up his hand, though; so he followed me there, and he saw me without Pa knowing anything about it.

Но Фрэнк не сдавался. Он поехал за мной во Фриско, и мы продолжали видеться без ведома папы.

It would only have made him mad to know, so we just fixed it all up for ourselves.

Папа страшно рассердился бы, если б узнал об этом, поэтому мы и решили все сами.

Frank said that he would go and make his pile, too, and never come back to claim me until he had as much as Pa.

Фрэнк сказал, что он уедет и тоже наживёт состояние и что приедет за мной только тогда, когда у него будет столько же денег, сколько у папы.

So then I promised to wait for him to the end of time and pledged myself not to marry anyone else while he lived. ‘

А я пообещала, что буду ждать его, сколько бы ни понадобилось, и не выйду замуж за другого, пока он жив. «

‘Why shouldn’t we be married right away, then,’ said he, ‘and then I will feel sure of you; and I won’t claim to be your husband until I come back?’

«Если так, — сказал мне Фрэнк, — почему бы нам не обвенчаться теперь же? Я буду уверен в тебе, а твоим мужем стану лишь тогда, когда вернусь». Так мы и решили.

Well, we talked it over, and he had fixed it all up so nicely, with a clergyman all ready in waiting, that we just did it right there; and then Frank went off to seek his fortune, and I went back to Pa.

Он отлично все устроил, священник обвенчал нас, и Фрэнк уехал искать счастья, а я вернулась к папе.

“The next I heard of Frank was that he was in Montana, and then he went prospecting in Arizona, and then I heard of him from New Mexico.

Через некоторое время я узнала, что Френк в Монтане. Потом он уехал искать золото в Аризону, а следующее известие о нем я получила уже из Нью-Мексико.

After that came a long newspaper story about how a miners’ camp had been attacked by Apache Indians, and there was my Frank’s name among the killed.

Потом появилась длинная газетная статья о нападении на прииски индейцев-апачей, и в списке убитых было имя моего Фрэнка.

I fainted dead away, and I was very sick for months after.

Я потеряла сознание и потом несколько месяцев была тяжело больна.

Pa thought I had a decline and took me to half the doctors in ’Frisco.

Папа уже думал, что у меня чахотка, и водил меня по всем докторам Фриско.

Not a word of news came for a year and more, so that I never doubted that Frank was really dead.

Больше года я ни слова не слыхала о Фрэнке и была совершенно уверена, что он умер.

Then Lord St. Simon came to ’Frisco, and we came to London, and a marriage was arranged, and Pa was very pleased, but I felt all the time that no man on this earth would ever take the place in my heart that had been given to my poor Frank.

Тут во Фриско приехал лорд Сент-Саймон, потом мы с папой поехали в Лондон, была решена свадьба, и папа был очень доволен, но я все время чувствовала, что ни один мужчина в мире не может занять в моем сердце то место, какое я отдала моему Фрэнку.

“Still, if I had married Lord St. Simon, of course I’d have done my duty by him.

И все-таки, если бы я вышла замуж за лорда Сент-Саймона, я была бы ему верной женой.

We can’t command our love, but we can our actions.

Мы не вольны в нашей любви, но управлять своими поступками в нашей власти.

I went to the altar with him with the intention to make him just as good a wife as it was in me to be.

Я шла с ним к алтарю с твёрдым намерением исполнить свой долг, насколько это было в моих силах.

But you may imagine what I felt when, just as I came to the altar rails, I glanced back and saw Frank standing and looking at me out of the first pew.

Но вообразите себе, что я почувствовала, когда, подойдя к алтарю и оглянувшись, вдруг увидела Фрэнка. Он стоял возле первой скамьи и смотрел прямо на меня. Сначала я подумала, что это призрак.

I thought it was his ghost at first; but when I looked again there he was still, with a kind of question in his eyes, as if to ask me whether I were glad or sorry to see him.

Но когда я оглянулась снова, он по-прежнему стоял там и взглядом словно спрашивал, рада я, что вижу его, или нет.

I wonder I didn’t drop.

Удивляюсь, как я не упала в обморок.

I know that everything was turning round, and the words of the clergyman were just like the buzz of a bee in my ear.

Все кружилось передо мной, и слова священника доносились до меня, точно жужжание пчелы.

I didn’t know what to do.

Я не знала, как быть.

Should I stop the service and make a scene in the church?

Остановить брачную церемонию, решиться на скандал в церкви?

I glanced at him again, and he seemed to know what I was thinking, for he raised his finger to his lips to tell me to be still.

Я снова взглянула на него и, должно быть, он прочитал мои мысли, потому что приложил палец к губам, как бы советуя молчать.

Then I saw him scribble on a piece of paper, and I knew that he was writing me a note.

Потом я увидела, как он торопливо пишет что-то на клочке бумаги, и поняла, что эта записка предназначалась мне.

As I passed his pew on the way out I dropped my bouquet over to him, and he slipped the note into my hand when he returned me the flowers.

Проходя мимо него я уронила букет, и он, возвращая цветы, успел сунуть мне в руку записку.

It was only a line asking me to join him when he made the sign to me to do so.

В ней было всего несколько слов: он просил, чтобы я вышла к нему, как только он подаст знак.

Of course I never doubted for a moment that my first duty was now to him, and I determined to do just whatever he might direct.

У меня, конечно, не было и тени сомнения, что теперь мой главный долг — повиноваться ему и делать все, что он скажет.

“When I got back I told my maid, who had known him in California, and had always been his friend.

Придя домой, я все рассказала моей служанке, которая знала Фрэнка ещё в Калифорнии и очень любила его.

I ordered her to say nothing, but to get a few things packed and my ulster ready.

Я велела ей молчать обо всем, сложить кое-что из самых необходимых вещей и приготовить мне пальто.

I know I ought to have spoken to Lord St. Simon, but it was dreadful hard before his mother and all those great people.

Я знаю, мне следовало бы поговорить с лордом Сент-Саймоном, но это было так трудно в присутствии его матери и всех этих важных гостей!

I just made up my mind to run away and explain afterwards.

И я решила, что сначала убегу, а потом уже объяснюсь с ним.

I hadn’t been at the table ten minutes before I saw Frank out of the window at the other side of the road.

Мы просидели за столом минут десять, не больше, я вот, глядя в окно, я увидела Фрэнка, стоявшего на противоположном тротуаре.

He beckoned to me and then began walking into the Park.

Он кивнул мне и зашагал по направлению к парку.

I slipped out, put on my things, and followed him.

Я вышла из столовой, накинула пальто и пошла вслед за ним.

Some woman came talking something or other about Lord St.

На улице ко мне подошла какая-то женщина и начала рассказывать что-то о лорде Сент-Саймоне.

Simon to me—seemed to me from the little I heard as if he had a little secret of his own before marriage also—but I managed to get away from her and soon overtook Frank.

Я почти не слушала ее, но все же уловила, что у него тоже была какая-то тайна до нашей женитьбы. Вскоре мне удалось отделаться от этой женщины, и я нагнала Фрэнка.

We got into a cab together, and away we drove to some lodgings he had taken in Gordon Square, and that was my true wedding after all those years of waiting.

Мы сели в кэб и поехали на Гордон-сквер, где он успел снять квартиру, и это была моя настоящая свадьба после стольких лет ожидания.

Frank had been a prisoner among the Apaches, had escaped, came on to ’Frisco, found that I had given him up for dead and had gone to England, followed me there, and had come upon me at last on the very morning of my second wedding.”

Фрэнк, оказывается, попал в плен к апачам, бежал, приехал во Фриско, узнал, что я, считая его умершим, уехала в Англию, поспешил вслед за мной сюда и наконец разыскал меня как раз в день моей второй свадьбы.

“I saw it in a paper,” explained the American. “

—Я прочитал о венчании в газетах, — пояснил американец. —

“It gave the name and the church but not where the lady lived.”

Там было указано название церкви и имя невесты, но не было ее адреса.

“Then we had a talk as to what we should do, and Frank was all for openness, but I was so ashamed of it all that I felt as if I should like to vanish away and never see any of them again—just sending a line to Pa, perhaps, to show him that I was alive.

—Потом мы начали советоваться, как нам поступить. Фрэнк с самого начала стоял за то, чтобы ничего не скрывать, но мне было так стыдно, что захотелось исчезнуть и никогда больше не встречать никого из этих людей, разве только написать несколько слов папе, чтоб он знал, что я жива и здорова.

It was awful to me to think of all those lords and ladies sitting round that breakfast-table and waiting for me to come back.

Я с ужасом представляла себе, как все эти лорды и леди сидят за свадебным столом и ждут моего возвращения.

So Frank took my wedding-clothes and things and made a bundle of them, so that I should not be traced, and dropped them away somewhere where no one could find them.

Итак, Фрэнк взял моё подвенечное платье и остальные вещи, связал их в узел, чтобы никто не мог выследить меня, и отнёс в такое место, где никто не мог бы их найти.

It is likely that we should have gone on to Paris to-morrow, only that this good gentleman, Mr. Holmes, came round to us this evening, though how he found us is more than I can think, and he showed us very clearly and kindly that I was wrong and that Frank was right, and that we should be putting ourselves in the wrong if we were so secret.

По всей вероятности, мы завтра же уехали бы в Париж, если бы сегодня к нам не пришёл этот милый джентльмен, мистер Холмс, хотя каким чудом он нас нашёл, просто уму непостижимо. Он доказал нам — очень убедительно и мягко, — что я была не права, а Фрэнк прав и что мы сами себе повредим, если будем скрываться.

Then he offered to give us a chance of talking to Lord St. Simon alone, and so we came right away round to his rooms at once.

Потом он сказал, что может предоставить нам возможность поговорить с лордом Сент-Саймоном без свидетелей, и вот мы здесь.

Now, Robert, you have heard it all, and I am very sorry if I have given you pain, and I hope that you do not think very meanly of me.”

Теперь, Роберт, вы знаете все. Мне очень, очень жаль, если я причинила вам горе, но я надеюсь, что вы будете думать обо мне не так уж плохо.

Lord St.

Лорд Сент-Саймон слушал этот длинный рассказ все с тем же напряженным и холодным видом.

Simon had by no means relaxed his rigid attitude, but had listened with a frowning brow and a compressed lip to this long narrative.

Брови его были нахмурены, а губы сжаты.

“Excuse me,” he said, “but it is not my custom to discuss my most intimate personal affairs in this public manner.”

—Прошу извинить меня, — сказал он, — но не в моих правилах обсуждать самые интимные свои дела в присутствии посторонних.

“Then you won’t forgive me?

—Так вы не хотите простить меня?

You won’t shake hands before I go?”

Не хотите пожать мне руку на прощание?

“Oh, certainly, if it would give you any pleasure.”

—Нет, почему же, если это может доставить вам удовольствие.

He put out his hand and coldly grasped that which she extended to him.

И он холодно пожал протянутую ему руку.

“I had hoped,” suggested Holmes, “that you would have joined us in a friendly supper.”

—Я полагал, — начал было Холмс, — что вы не откажетесь поужинать с нами.

“I think that there you ask a little too much,” responded his Lordship. “

—Право, вы требуете от меня слишком многого, — возразил достойный лорд. —

“I may be forced to acquiesce in these recent developments, but I can hardly be expected to make merry over them.

Я вынужден примириться с обстоятельствами, но вряд ли можно ожидать, чтобы я стал радоваться тому, что произошло.

I think that with your permission I will now wish you all a very good-night.”

С вашего позволения, я пожелаю вам приятного вечера.

He included us all in a sweeping bow and stalked out of the room.

Он сделал общий поклон и торжественно удалился.

“Then I trust that you at least will honour me with your company,” said Sherlock Holmes. “

—Но вы-то, надеюсь, удостоите меня своим обществом, — сказал Шерлок Холмс. —

“It is always a joy to meet an American, Mr. Moulton, for I am one of those who believe that the folly of a monarch and the blundering of a minister in far-gone years will not prevent our children from being some day citizens of the same world-wide country under a flag which shall be a quartering of the Union Jack with the Stars and Stripes.”

Мне, мистер Маултон, всегда приятно видеть американца, ибо я из тех, кто верит, что недомыслие монарха и ошибки мистера3, имевшего место в давно минувшие годы, не помешают нашим детям превратиться когда-нибудь в граждан некой огромной страны, у которой будет единый флаг — англо-американский.

“The case has been an interesting one,” remarked Holmes when our visitors had left us, “because it serves to show very clearly how simple the explanation may be of an affair which at first sight seems to be almost inexplicable.

—Интересный выдался случай, — заметил Холмс, когда гости ушли. — Он с очевидностью доказывает, как просто можно иной раз объяснить факты, которые на первый взгляд представляются почти необъяснимыми. Что может быть проще и естественнее ряда событий, о которых нам рассказала молодая леди?

Nothing could be more natural than the sequence of events as narrated by this lady, and nothing stranger than the result when viewed, for instance, by Mr. Lestrade of Scotland Yard.”

И что может быть удивительнее тех выводов, которые легко сделать, если смотреть на вещи, скажем, с точки зрения мистера Лестрейда из Скотланд-Ярда!

“You were not yourself at fault at all, then?”

—Так вы, значит, были на правильном пути с самого начала?

“From the first, two facts were very obvious to me, the one that the lady had been quite willing to undergo the wedding ceremony, the other that she had repented of it within a few minutes of returning home.

—Для меня с самого начала были очевидны два факта: первый — что невеста шла к венцу совершенно добровольно и второй — что немедленно после венчания она уже раскаивалась о своём поступке.

Obviously something had occurred during the morning, then, to cause her to change her mind.

Ясно как день, что за это время произошло нечто, вызвавшее в ней такую перемену.

What could that something be?

Что же это могло быть?

She could not have spoken to anyone when she was out, for she had been in the company of the bridegroom.

Разговаривать с кем-либо вне дома у нее не было возможности, потому что жених ни на секунду не расставался с нею.

Had she seen someone, then?

Но, может быть, она встретила кого-нибудь?

If she had, it must be someone from America because she had spent so short a time in this country that she could hardly have allowed anyone to acquire so deep an influence over her that the mere sight of him would induce her to change her plans so completely.

Если так, это мог быть только какой-нибудь американец: ведь в Англии она совсем недавно и вряд ли кто-нибудь здесь успел приобрести над ней такое огромное влияние, чтобы одним своим появлением заставить ее изменить все планы.

You see we have already arrived, by a process of exclusion, at the idea that she might have seen an American.

Итак, методом исключения мы уже пришли к выводу, что она встретила какого-то американца.

Then who could this American be, and why should he possess so much influence over her?

Но кто же он был, этот американец, и почему встреча с ним так подействовала на нее?

It might be a lover; it might be a husband.

По-видимому, это был либо возлюбленный, либо муж.

Her young womanhood had, I knew, been spent in rough scenes and under strange conditions.

Юность девушки прошла, как известно, среди суровых людей в весьма своеобразной обстановке.

So far I had got before I ever heard Lord St. Simon’s narrative.

Все это я понял ещё до рассказа лорда Сент-Саймона.

When he told us of a man in a pew, of the change in the bride’s manner, of so transparent a device for obtaining a note as the dropping of a bouquet, of her resort to her confidential maid, and of her very significant allusion to claim-jumping—which in miners’ parlance means taking possession of that which another person has a prior claim to—the whole situation became absolutely clear.

А когда он сообщил нам о мужчине, оказавшемся в церкви, о том, как невеста переменила своё обращение с ним самим, как она уронила букет — испытанный способ получения записок, — о разговоре леди Сент-Саймон с любимой горничной и о ее многозначительном намёке на «захват чужого участка» (а на языке золотопромышленников это означает посягательство на то, чем уже завладел другой), все стало для меня совершенно ясно.

She had gone off with a man, and the man was either a lover or was a previous husband—the chances being in favour of the latter.”

Она сбежала с мужчиной, и этот мужчина был либо ее возлюбленным, либо мужем, причём последнее казалось более вероятным.

“And how in the world did you find them?”

—Но каким чудом вам удалось разыскать их?

“It might have been difficult, but friend Lestrade held information in his hands the value of which he did not himself know.

—Это, пожалуй, было бы трудновато, но мой друг Лестрейд, сам того не понимая, оказался обладателем ценнейшей информации.

The initials were, of course, of the highest importance, but more valuable still was it to know that within a week he had settled his bill at one of the most select London hotels.”

Инициалы, разумеется, тоже имели большое значение, но ещё важнее было узнать, что на этой неделе человек с такими инициалами останавливался в одной из лучших лондонских гостиниц.

“How did you deduce the select?”

—А как вы установили, что это была одна из лучших?

“By the select prices.

—Очень просто: по ценам.

Eight shillings for a bed and eightpence for a glass of sherry pointed to one of the most expensive hotels. There are not many in London which charge at that rate.

Восемь шиллингов за номер и восемь пенсов за стакан хереса берут только в первоклассных гостиницах, а их в Лондоне не так много.

In the second one which I visited in Northumberland Avenue, I learned by an inspection of the book that Francis H.

Уже во второй гостинице, которую я посетил, на Нортумберленд-авеню, я узнал из книги для приезжающих, что некто мистер Фрэнсис X.

Moulton, an American gentleman, had left only the day before, and on looking over the entries against him, I came upon the very items which I had seen in the duplicate bill.

Маултон, из Америки, выехал оттуда как раз накануне. А просмотрев его счета, я нашёл те самые цифры, которые видел в копии счета.

His letters were to be forwarded to 226 Gordon Square; so thither I travelled, and being fortunate enough to find the loving couple at home, I ventured to give them some paternal advice and to point out to them that it would be better in every way that they should make their position a little clearer both to the general public and to Lord St.

Свою корреспонденцию он распорядился пересылать по адресу: Гордон-сквер, 226, куда я и направился. Мне посчастливилось застать влюблённую пару дома, и я отважился дать молодым несколько отеческих советов.

Simon in particular. I invited them to meet him here, and, as you see, I made him keep the appointment.”

Мне удалось доказать им, что они только выиграют, если разъяснят широкой публике и особенно лорду Сент-Саймону, создавшееся положения Я пригласил их сюда, пообещав им встречу с лордом, и, как видите, мне удалось убедить его явиться на это свидание

“But with no very good result,” I remarked. “

— Но результаты не блестящи, — заметил я. —

“His conduct was certainly not very gracious.”

Он был не слишком любезен.

“Ah, Watson,” said Holmes, smiling, “perhaps you would not be very gracious either, if, after all the trouble of wooing and wedding, you found yourself deprived in an instant of wife and of fortune.

—Ах, Уотсон, — с улыбкой возразил мне Холмс, — пожалуй, вы тоже были бы не слишком любезны, если бы после всех хлопот, связанных с ухаживанием и со свадьбой, оказались вдруг и без жены, и без состояния.

I think that we may judge Lord St. Simon very mercifully and thank our stars that we are never likely to find ourselves in the same position.

По-моему, мы должны быть крайне снисходительны к лорду Сент-Саймону и благодарить судьбу за то, что, по всей видимости, никогда не окажемся в его положении...

Передайте мне скрипку и садитесь поближе.

Ведь теперь у нас осталась неразгаданной только одна проблема — как мы будем убивать время в эти темные осенние вечера.

Get short URL

Text alignment